Мой прадед
Valerij SURKOV valsur
Previous Entry Share Next Entry
ДУНАЕВСКИЙ, ГУТМАН И «КАХОВКА»
Из книги Иосифа Ильича Игина «Я видел их..» / «Изобразительное искусство», Москва, 1975 г.

  Ленинград 30-х годов. Театр эстрады и миниатюр. Художественный руководитель И.О. Дунаевский. Главный режиссер Д.Г. Гутман.
  Сижу на репетиции. Делаю зарисовки.
  Гутман говорит актеру:
  — Много жестов. Много мимики! Делайте все экономнее!
  — Я ищу зерно, — отвечает актер.
  — Это не элеватор, а театр – здесь играть надо!
  — Много текста! — кричит Гутман. — Где автор? Надо сократить текст!
  — Пойдемте в кабинет, — тихонько говорит мне Дунаевский, — я вам расскажу, что это за человек.



  — Однажды, — продолжает он, — с Гутманом был такой случай. Он снимался в фильме «Дети капитана Гранта» в роли полковника, типичного шотландца, с большими бакенбардами по моде того времени.
  — Сегодня, — сказал ему оператор, — мы вас будем снимать в профиль. Вы пройдете перед аппаратом и произнесете такой-то текст.
  Через пятнадцать минут Гутман был готов. Он загримировал только одну сторону лица – ту, которую видит кинокамера, и наклеил только одну бакенбарду.
  — Вот что такое Давид Гутман. Дайте ему волю, и он сократит все! Впрочем…
  Дунаевский садится к роялю.
  — Послушайте, новая песня.
  Пальцы его ложатся на клавиши. Он поет:
  — Кахо-овка. Кахов-ка, родна-я винтовка…
  Голоса никакого. Но поет он взволнованно. Музыка удивительно сливается со стихами.
  Дунаевский кончает петь и поворачивает ко мне голову. Я вижу вопросительную улыбку.
  — Как вам нравится слова? — спрашивает он. — Можно ли здесь что-нибудь сокращать?
  — А разве Гутман хотел сокращать?
  — Представьте, — говорит Дунаевский. — Он двое суток продержал стихи… — Дунаевский улыбается и протягивает мне листок бумаги. Я вижу напечатанный на машинке текст песни, а под ним, рядом с подписью Михаила Светлова, красным карандашом: «Из песни слова не выкинешь! Д. Гутман».



?

Log in

No account? Create an account