ЕР
Valerij SURKOV valsur
Previous Entry Share Next Entry
СКАЗКА О ГОСУДАРЕ
Из книги АРГУС «Полусерьёзно, полушутя: Сатира, юмор, лирика» / «Чайка», Нью-Йорк, 1959 г.

Негде в тридевятом царстве,
В тридесятом государстве,
За глубокими морями,
За высокими горами,
Самый лучший в мире, самый
Знаменитый в мире град.
Всяк его увидеть рад,
Посмотреть, да подивиться
На прекрасную столицу,
На покрытый древней славой,
Горделивый, величавый,
Богомольный, златоглавый
Город-чудо, чудо-град.
Купола церквей горят,
Несмотря на то, что злато
По декрету снято.
На земле и под землёю
Огромадною толпою
Вскачь несётся взад-вперёд
Делом занятый народ.
А по площадям ребята
От восхода до заката
Маршируют при плакатах.
В центре града мавзолей,
А за ним стоит музей.
За музеем, мавзолеем,
Точно где, сказать не смеем,
Исторический дворец,
В нём живёт страны отец,
Батюшка великий царь,
Православный государь.


Во дворце том есть палата,
Разукрашена богато,
Стулья бархатом обиты,
Потолок из малахита,
Крыты золотом колонны,
На стенах висят иконы,
Перед иконой Ильича –
Трёхпудовая свеча.
В той палате государь,
Православный русский царь,
Всей страны своей великой
Самодержец и владыка.
Тридцать три полка солдат
Ту палату сторожат,
Каждого из тех солдат
Охраняет делегат,
Триста тридцать депутатов
Охраняют делегатов,
А Партиха с Президихой
Со сватьей Политбюрихой
Очень бдительно следят,
Чтоб всё было в аккурат,
Чтоб в державе ни один
Поднадзорный гражданин
Не обмолвился ни словом
Бранным про царя родного,
Чтоб на Жмери, да на Жмуди,
На безлюдьи, многолюдьи,
В Татарве, в Чухне, на Чуди
Среди взрослых и ребят,
Средь киргизов и бурят,
Средь китайцев и французов,
Средь японцев и хунхузов,
Средь славян, средь немцев, греков,
Среди разных человеков,
Православных, басурман
Близких и далеких стран
Имя славное царя
Не упоминалось зря.
Царь проснулся очень рано,
Вынул трубку из кармана,
Слез с серебряной кровати
И прошёлся по палате.
Об иконку Ильича
Громко трубкой постучал.
У царя на лбу морщины,
Ус седеющий и длинный,
Нос с горбинкою орлиный.
Видно: царская порода
И помазанник народа.
Нелегко царём быть, дети.
Это, то, другое, третье,
Полон рот всегда забот.
Каждый ропот, каждый шопот
Всех царей пугает: вот
Что-нибудь произойдёт!
Нелегко владыке, кто под
Оком нации живёт,
Хоть его который год
И боготворит народ.

У царя горячий норов,
Кровь бурлит как кипяток,
Перед ним и сам Суворов
Не фельдмаршал, а щенок.
Царь сердито в трубку дунул,
Сел на трон свой, осерчав,
И с остервенеем плюнул
В направленьем Ильича.
— Я-ль, — сказал он — не забочусь
О народе днём и ночью?
Почему же, отчего же
Царство ни на что не гоже?
Почему же отстаёт
Верноподданный народ?
Почему для ширпотреба
Не хватает в царстве хлеба?
Почему в стране нет мяса
Для Кузбаса и Донбаса?
Почему в нём нет ботинок
Для армянок и лезгинок?
Почему в нём нету сала
Для Поволжья и Урала?
Почему в Твери нет мыла,
А в Рязани нету масла?
Электрическая сила
Почему в Крыму погасла?
И чего-то, — молвит царь, —
Для народа я не сделал:
Я исправил календарь,
Да по градам и уделам
Понастроил дальностроев,
Превратил людей в героев,
Для развитья их сноровки
Дал им хлебозаготовки,
Дал им фабрики, заводы,
Вспять морей направил воды,
Дал народу всё честь честью
Лет на триста или двести.
Всем доволен мой народ,
А, поди же, отстаёт.
Царь министров вызывает,
Говорит им: — Господа,
У меня страна большая,
А правленье ерунда.
Я-ли денно, я-ли нощно
О народе не пекусь,
Я-ль страну не сделал мощной,
А она не дует в ус.
Отчего она не дует?
Отчего и почему?
Значит, совершенно всуе
Я сажал людей в тюрьму.
Значит, совершенно втуне
Выводил людей в расход,
Чтоб нигде и никому не
Мог завидовать народ.
Значит, все труды напрасны,
Значит, всем должно быть ясно
Кто виновен, чья вина-то.
Посему единогласно
Прокричите: «Виноваты»!

Испугались министры.
— Эх, — подумали они, —
Доживать придётся быстро
Нам оставшиеся дни.
Нрав царя зловредной дюже,
Изведёт он нас, подлец.
Было плохо, стало хуже,
Наступает наш конец.
А Партиха с Президихой
Да с сватьей Политбюрихой
В ноги бросились владыке,
Закричали: — Вождь великий,
Благодетель государь,
Православный русский царь,
Польский круль, король славянский
Князь финляндский и албанский,
Самодержец всебалканский,
Покоритель всех свобод,
Адмирал венгерских вод,
Повелитель партизан
Всех народов и всех стран,
Царь земель, в которых солнце
Не заходит день и ночь,
Князь литовцев и эстонцев,
Хан татар и проч., и проч.,
Не достойны снисхождения
Мы за наши преступления.
Перед тобой и перед светом
Каемся, родной, во всём,
В том виновны мы и в этом
И во многом во другом!
Не щади нас и не милуй,
Накажи сурово нас,
С благодарностью в могилу
Мы сойдем хоть бы сейчас!

Воцарилось молчание,
И министры в ожиданьи
Неподвижные стоят.
Поднял царь тяжелый взгляд.
— Вас, собак, повесить мало, —
Мрачным голосом сказал он, —
Принимая ж во вниманье
Добровольные сознанья
И заслуги перед нами,
Издаю такой декрет:
Наградить вас орденами
И на тот отправить свет.
Все вокруг оцепенели.
Тускло светит, еле-еле,
Перед иконой Ильича
Трёхпудовая свеча.


?

Log in

No account? Create an account